Закон о банкротстве физлиц, который вступит в силу 1 июля, ждут и должники, и кредиторы. Из кого будет состоять основная масса банкротов? Как ни странно, вовсе не из просчитавшихся валютных ипотечников и не из жителей глубинки, набравших кредитов не пойми на что. Это будут финансово грамотные предприниматели из экономически активных регионов.

36-летний краснодарский предприниматель Алексей Амуров, несмотря на выбранный им опереточный псевдоним, оказался одним из немногих, кто решился рассказать «Деньгам» свой путь к личному банкротству — процедуре, которая официально заработает в России с 1 июля этого года.

Довольно долго у Амурова все было хорошо. Еще в 90-х изучал в одном из лучших вузов Краснодара бухгалтерию, юриспруденцию, маркетинг. Потом вместе с партнерами развивал компьютерный бизнес, обслуживал корпоративных клиентов по 1С в Краснодаре. Заодно по всей Кубани поставляли компьютеры и оборудование. Бизнес дал сбой в 2011 году. Чтобы удержать его на плаву, понадобился кредит, за которым предприниматель обратился в «Уралсиб». Он был давним проверенным клиентом банка еще с 2000 года: там были расчетные счета ООО и ИП бизнесмена, плюс его вклады. В 2008-м он там же погасил ипотеку. Разумеется, кредит в несерьезные 100 тыс. руб. в «Уралсибе» Алексей получил без проблем. Тот кредит он закрыл очень быстро. И сразу пришел за следующим. К потребкредиту в 650 тыс. руб. «Уралсиб» выдал Амурову в придачу кредитную карту на 100 тыс. руб. «Тогда банки практиковали открытие карт клиентам, у которых были вклады, счета. У нас ведь некоторые берут кредиты и часть денег кладут на вклад. Абсурд вроде, но тем не менее и я так делал. У меня были свободные средства, которые лежали в банке, и в то же время был потребительский кредит»,— вспоминает он.

А денег требовалось все больше, и не только из-за провалов в компьютерном бизнесе. Параллельно с ним Амуров и его партнеры торговали на ММВБ и на Forts (срочный рынок, где торгуют фьючерсами и опционами). И в том же самом 2011-м, по словам Амурова, он создал свою торговую систему. И похоже, слишком сильно в нее поверил. Система показывала отличное время для входа на рынок, но туда ведь с пустыми руками не войдешь. «Я тупо пошел по всем банкам подряд. И стал просить столько, сколько они могли дать»,— смеется предприниматель. Он набрал карточек в Альфа-банке, в банке «Тинькофф кредитные системы», в «Открытии», Сбербанке и других. Расплачивался вовремя, гася прежние кредиты из взятых вновь, и банки повышали лимиты по картам.

Амуров точно не из тех, кто сразу опускает руки. В 2013-м, стараясь вырваться из долгового ярма, он устроился коммерческим директором московской компании. К жене и детям летал на выходные, полностью оценил, по его словам, преимущества теплого Краснодара по сравнению с шумной столицей. Но схлопнулся и московский проект, и фиктивный развод с женой, предпринятый с целью вывести из-под возможного внимания кредиторов недвижимость, вдруг превратился в настоящее расставание. Первую просрочку по кредиту он допустил еще в 2012-м. «Мне тогда казалось это очень страшным»,— вспоминает Амуров. Потом задержки платежей становились все привычнее, и в 2014-м Алексей уже отчетливо осознал, что не справляется. И пошел по банкам, пытаясь реструктурировать долги. «Навстречу пошел только Сбербанк. Мне дали рассрочку, снизили выплаты до каких-то беспрецедентно низких уровней»,— рассказывает предприниматель. Другие банки отказали.

Поначалу Амуров думал банкротиться как юрлицо. «Но если делать это через ООО или ИП, это стоит 200-500 тыс. руб. У меня таких денег нет. И последствия там более серьезные»,— говорит он. В итоге было принято иное решение: предприниматель из Краснодара стал одним из тех, кто ждет введения в России процедуры личного банкротства. «Я сделал определенные шаги, чтобы ни имущество, ни бизнес не пострадали. И чтобы бизнес продолжал работать и после моего личного банкротства»,— говорит Алексей Амуров. Он передал один бизнес родственнику, в другом продал партнерам свою долю.

«На сегодня у меня задолженности в десяти кредитных организациях по 15 кредитам»,— откровенничает Алексей. Из них четыре потребительских, остальные — карточки, в общей сложности на 3,2 млн руб. По меркам Краснодара — стоимость двушки в престижном районе города. Но двушки этой у него нет — живет в центре Краснодара у матери. Официально разведен, официально нигде не работает, заявление о персональном банкротстве тоже готов подать, как только это можно будет сделать официально.

История хоть и парадоксальная, но на самом деле типичная: именно такие, активные и финансово грамотные должники с высшим образованием, являются первыми претендентами на банкротство. Хотя бы потому, что массы простых людей из глубинки, набравшие непосильных кредитов на подержанные иномарки и новые телевизоры, об этой процедуре просто ничего не слышали. Согласно опросу Национального агентства финансовых исследований (НАФИ), меньше 10% населения знают о возможности инициирования процедуры персонального банкротства.

Неверны и предположения, что закон о банкротстве в первую очередь может решить проблемы ипотечных валютных заемщиков. «Из всех, кого я знаю во Всероссийском движении валютных заемщиков, никто самостоятельно не готов идти на банкротство,— говорит координатор движения Жанна Чепченко.— После признания тебя банкротом уже не стоит вопрос выезда за границу. Бизнес нужно будет закрывать. Ты не можешь занимать руководящие должности. Но многие валютные заемщики — это люди, которые занимают хорошие должности. С хорошей зарплатой. Просто выплаты у них выросли».

Города банкротов

Сегодня Краснодар может войти в число регионов-лидеров по количеству банкротов-физлиц. Помимо него, по оценкам компании «Секвойя Кредит Консолидейшн», в первой пятерке — Москва, Московская область, Санкт-Петербург и Новосибирск. Тот же парадокс — наплыв банкротов ожидается в самых экономически активных регионах. По словам президента «Секвойи» Елены Докучаевой, выводы основаны на нескольких показателях. Среди них, например, индекс PTI, демонстрирующий отношение месячного платежа по кредиту к ежемесячному доходу заемщика. «Принято считать, что он не должен превышать 30-35%. В противном случае высок риск возникновения просроченной задолженности»,— объясняет Елена Докучаева. В Санкт-Петербурге PTI составляет 39%, в Московской области — 41%, в Новосибирске — 47%, а в Краснодаре он самый высокий — 49%. Самый низкий из «великолепной пятерки» PTI в Москве — 29%. «Проще говоря, если реальный доход жителя одного из этих субъектов федерации по каким-то причинам снижается, заемщик начинает пропускать платежи. Долг быстро увеличивается, и рассчитаться с ним становится сложно»,— говорит Докучаева. По разным оценкам, в стране от 100 тыс. до 2 млн потенциальных банкротов-физлиц.

Банкротство добровольное

По закону банкротство может инициировать сам должник, кредитор, уполномоченный орган — налоговая служба. В работе Федеральной службы судебных приставов (ФССП) на 1 апреля находилось около 444 тыс. исполнительных производств в отношении физлиц, сумма задолженности по которым превышает 500 тыс. руб. «Для должников сумма в 500 тыс. руб. вообще не имеет никакого значения. Это сумма для кредиторов, которые могут подать заявление»,— говорит эксперт Дмитрий Скрипичников, занимавшийся разработкой первоначальной версии закона о банкротстве физлиц.

Это значит, что сам должник может инициировать персональное банкротство и с меньшим долгом. Просрочка должна быть не менее трех месяцев. Для предпринимателей вроде нашего Амурова банкротство в качестве физлиц будет вообще самым простым и выгодным решением, особенно для поручителей и лиц, привлеченных к субсидиарной ответственности. «Именно для этой категории людей данный закон и принимался, и лоббировался в Думе»,— считает арбитражный управляющий Олег Соболев.

По его словам, стоимость банкротства физлица для всех категорий граждан будет посильной. «Если у должника есть хоть какое-нибудь ликвидное имущество, то на банкротство будет потрачено до 250 тыс. руб., а для людей с низким достатком, ввиду отсутствия у них имущества и необходимости проводить торги по его продаже, банкротство обойдется в 50 тыс. руб.»,— говорит он.

В рамках дел о банкротстве у кредиторов появится возможность оспаривать сделки, которые должник совершил за последние три года. «На мой взгляд, это один из немногих позитивных моментов, который позволит кредиторам претендовать на большее, нежели то, что они бы просто взыскивали в судебном порядке»,— отмечает Юлия Литовцева, руководитель практики банкротства и антикризисной защиты бизнеса юридической компании «Пепеляев групп».

Очень сильно, получается, рискуют покупатели, которые оформляли сделки с квартирами по заниженной цене (до недавних пор это была крайне популярная схема ухода от налогов). Теперь, если продавец вдруг решит инициировать процедуру своего банкротства, сделку могут признать недействительной, а квартиру изъять в конкурсную массу банкрота.

За фиктивное или преднамеренное банкротство граждан, по словам Юлии Литовцевой, предусмотрена ответственность в соответствии с КоАП и УК РФ.

Банкротство принудительное

По словам директора управления по работе с проблемными активами Сбербанка Максима Дегтярева, крупные должники — и заемщики, и поручители по обязательствам юрлиц — могут быть в наибольшей степени заинтересованы в том, чтобы освободиться от обязательств.

Задолженность некоторых непростых граждан и правда впечатляет. Например, согласно данным из базы ФССП, депутат Мосгордумы, председатель совета директоров СУ-155 Михаил Балакин имеет непогашенную задолженность по кредитам на 261 млн руб. Неизвестно, впрочем, действительно ли бизнесмену, занимающему 50-е место в списке Forbes, нечем платить или же он просто пока не спешит это делать. «Что касается количества поручителей по кредитам юрлиц Сбербанка, которые уже находятся в состоянии банкротства, его можно оценить в 2,5-3 тыс. человек»,— говорит Дегтярев.

Правда, пока банки в основном меч банкротства из ножен доставать не спешат. «Так как не до конца понятно, насколько процедура банкротства будет интересна самим заемщикам, Райффайзенбанк не планирует инициировать банкротство физлиц. Но готов к отстаиванию своих интересов, если данные процедуры будут массово инициироваться должниками»,— говорит Станислав Тывес, начальник управления риск-менеджмента физлиц Райффайзенбанка.

Впрочем, есть кредиторы, которые готовы действовать. «Мы планируем по некоторым должникам со средней суммой долга 1 млн руб. инициировать процедуру банкротства»,— рассказал «Деньгам» Игорь Шкляр, директор департамента по работе с просроченной задолженностью Росбанка.— И мы хотим проверить, как скоординированы госорганы и наши службы на примере некоторой группы должников».

Только на прошлой неделе было принято решение, что дела о банкротстве физлиц будут рассматривать арбитражные суды, а не суды общей юрисдикции. И пока нет уверенности, что судебная система готова обслуживать тот поток, который пойдет в арбитражные суды с 1 июля. «Нам известно, что «Интерфакс», который отвечает за публичный реестр сведений о банкротстве, не готов с 1 июля обмениваться с банками реестрами сведений заявлений о банкротстве физических лиц, которые должники будут обязаны публиковать»,— говорит Шкляр.

Впрочем, это не самый большой риск. «Самое опасное в том, что недобросовестные или некомпетентные юристы будут подталкивать физлиц к инициированию банкротства»,— говорит Юлия Литовцева. И это уже происходит. В Кирове «Деньгам» известны два потенциальных банкрота, у которых жены выступали поручителями. Юристы необоснованно заверили их, что банкротство физлиц на поручителей не распространяется.

«Я уже смирился, я готов принять ситуацию, когда ты лишен финансовой жизнеспособности, когда не можешь иметь никакого счета, никакого вклада. Меня этой финансовой дееспособности все равно лишат рано или поздно — либо приставы, либо банкротство как процедура»,— говорит Алексей Амуров.

Мария Глушенкова

Источник: og.ru

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники